Это инструмент давления – задержанный Козачков дал интервью из СИЗО

Бақыт Есет

Он ответил на вопросы другого журналиста Вадима Борейко

КазТАГ

Находящийся под стражей в СИ-18 (следственный изолятор) журналист Михаил Козачков ответил на вопросы другого журналиста Вадима Борейко, который передал вопросы задержанному в камеру, пишет Qaz365.kz.

Ранее мы писали о задержании журналиста Михаила Козачкова 18 декабря агентством по финансовому мониторингу – однако на следующий день медиа-сообщество выступило единым фронтом в его защиту, усмотрев в задержании журналиста грубые нарушения во всех стадиях. Тем не менее, несмотря на все это, суд постановил о мере пресечения в виде содержания под стражей сроком на два месяца, до 18 февраля.

20 декабря в Алматы состоялась пресс-конференция в защиту нарушенных при задержании и позже конституционных прав Михала Козачкова. В ходе пресс-конференции выступали присутствовавшие в зале Ольга Абдыгаппарова и Дана Есеева – супруги, соответственно, Алмаса Абдыгаппарова и Мейржана Туребаева, о которых Козачков писал в материалах в своем телеграм-канале. Обе женщины выкрикивали обвинения в адрес задержанного и фактически сорвали пресс-конференцию.

“Да, я слышал, что они устроили скандал на пресс-конференции, посвященной моему преследованию. Возможно, таким образом, они хотят поквитаться за статьи про их мужей, хотя делают это странно. Как вы верно заметили, ни один материал не оспорен в суде. Ольга ранее предлагала мне выйти на дебаты, но я в этом смысла не увидел. А Дана, видимо, хочет защитить мужа от возможно срока”, – задержанный журналист Михал Козачков

На следующий день после пресс-конференции начался суд над Мейржаном Туребаевым, одним из героев материалов Козачкова, который ожидал процесса с апреля 2022 года, находясь под стражей. 26 декабря суд изменил ему меру пресечения и перевёл Туребаева под домашний арест. Борейко спросил: “По твоему мнению, есть ли связь между послаблением режима Туребаеву и событиями, произошедшими на пресс-конференции?”.

”Я не знаю, почему Туребаеву изменили меру пресечения. 

Меня задержали 18 декабря и, несмотря на болезнь, водворили в изолятор. При этом я никогда от следствия не прятался, на допросы меня не приглашали, просто заблокировали мой автомобиль, насильно вытащили из него, и через минуту я стоял в наручниках. Зачем меня арестовывать – разве я пытаюсь убежать или помешать расследованию? Да я о нем ни строчки не написал!

Поэтому мне кажется очевидным, что избрание меры пресечения – это один из инструментов давления или торга с подозреваемым. Институт следственных судей нуждается в серьезных изменениях”, – задержанный журналист Михал Козачков

В декабрьском открытом обращении Козачкова он написал: “Причина моего задержания – личная месть со стороны руководителя АФМ Жаната Элиманова, который хочет меня посадить, потому что обижен на мою статью про его жену. Я действительно писал о ней, когда она стала потерпевшей по делу о финансовой пирамиде, а Элиманов Ж., видимо, обиделся”. Вопрос Борейко: “Ты по-прежнему придерживаешься этой версии?”.

”Да, я по-прежнему считаю, что в моем деле есть элемент личной неприязни со стороны руководства АФМ. И дело не только в публикации про жену. Я в целом для этого органа – как кость в горле. Например, Жанат Элиманов докладывал президенту, что нейтрализовал 25 ОПГ. Я и юристы подняли материалы – и оказалось, что АФМ действительно напрвляло в суд 25 дел по ОПГ. Вот только в 14 случаях суд оправдал так называемых членов преступных группировок. И я об этом написал, разумеется. Конечно, эта правда вряд ли понравилась тем, кто красиво рапортует главе государства о своих достижениях.

Более того, возникает логичный вопрос – зачем людям вменять ОПГ, если её там нет? А всё просто – с ОПГ и срок больше, и, что немаловажно, суд сразу санкционирует аресты. Моё якобы преступление заключается в том, что я писал статьи, размещал ролики и даже удалял комментарии – меня и в этом обвиняют: якобы это помогало рейдерству. Но чтобы закрыть за такое, надо быть очень самонадеянным. Поэтому меня и включили в состав ОПГ. Отсюда и арест, и возможный срок в 9-12 лет лишения свободы. Поэтому и появилось совершенно бредовое обвинение в рейдерстве, чтобы сломать меня во время следствия или надолго упечь за решетку”, – задержанный журналист Михал Козачков

Козачков также немало писал и о генеральном прокуроре Берике Асылове – в частности, о том, что после назначения на высокий пост у его родственников начался бурный карьерный рост. В заявлениях официального представителя Генпрокуратуры по поводу твоего задержания было сказано, что никаких нарушений законности со стороны АФМ надзорный орган не обнаружил. Вопрос Борейко: “Не думаешь ли ты, что генпрокурор также причастен к тому, что ты оказался под следствием?”.

”Да, от публикации про Берика Ногаевича я не отказываюсь. На мой взгляд, он должен был объяснить своим племянникам и зятьям, что сейчас не лучшее время для повышения по службе, но выбрал другой вариант. Я не знаю, насколько Асылов зол на меня, но понимаю, что когда решался вопрос о регистрации дела и другие процессуальные моменты, прокуратура точно не лезла вон из кожи, чтобы защитить права гражданина Казахстана по фамилии Козачков”, – задержанный журналист Михал Козачков

В конце, отвечая на последний вопрос, Козачков раскрыл что у него просили сделать и что он будет продолжать добиваться оправдания законно.

”Я всего лишь журналист, вот и всё. Показания дать просили, это было, причем на моих друзей – Бахытжана Базарбека, Аскара Джалдинова, Бурхана Жансейтова, но я оговаривать кого-то в обмен на свободу не могу. Поэтому буду добиваться оправдания законными способами”, – адержанный журналист Михал Козачков